«Двенадцать» — поэма Блока о революции

Художественный и концептуально-смысловой мир поэмы «Двенадцать», написанной А.Блоком в начале 1918 года, неизмеримо велик, что и позволило ряду исследователей творчества поэта воспринимать это произведение:

  • Итоговым для всего его литературного пути
  • Воплощением символистского миропонимания автора
  • Текстом с множественными контекстуальными отношениями

Меж тем, для анализа данной конкретной блоковской произведения в рамках привычного метода литературоведения для начала рассмотрим ее основные теоретические позиции по сюжету, теме, жанру, образам и символике.

История создания и мировосприятие поэта

Это художественное произведение писалось Блоком единовременно с известной статьей «Интеллигенция и Революция». Из-за этого иногда может возникать упрощение или даже иллюзия, что «Двенадцать» создавались как поэтическая иллюстрация основных идей поэта, провозглашенных им в своей публицистике. Разумеется, существует некая  смысловая «перекличка» между этими двумя работами, но саму поэму нельзя трактовать лишь в таком «оформительском» плане. Напомним, что и публицистическое творчество поэта было особенным, Блок оперировал в нем словом не в его понятийном или терминологическом качестве, а как художественным сцеплением разных смыслов. Поэтому и в поэзии, и в публицистике для него характерно использование ассоциативного и метафорического принципа.

Общеизвестно, что поэт принял произошедшую в России революцию – и Февраль, и Октябрь 1917 года для Блока стали событиями как важными, так и желанными. Этому объяснение находится в его особом миропоэтическом и даже историософском концепте понимания истории,  в котором существенные позиции занимали две категории – стихия и музыка.

Понятия «стихии» и «музыки» у Блока

В понятие «стихии» поэт вкладывал целый комплекс категорий и состояний – природных и космогонических, социальных и психоэмоциональных, духовных и исторических. Сама эта категория появилась у него в лирике задолго до революционных событий. Уже в 1910 годах поэт пытается разделить и структурировать ее по принципам этики. Так у Блока возникает следующая важнейшая для его творчества категория – музыки. Это понятие у поэта также многозначно и объемно. Под ее целью Блок понимает организацию и гармонизация всей истории и мироздания. Разумеется, категория «музыки» вводилась поэтом не в ее искусствоведческом значении, а в смысле

«..мистической первоосновы» мира, «первостихии» всей истории (Ф.Степун).

Поэтому в миросозерцании поэта случившаяся в России революция была воспринята как зарождение «новой музыки», слушать которую Блок и призывал. То есть «музыка революции» в поэме «Двенадцать» — это не просто прямые звуки городского шума с выстрелами, криками, песнями, а почти мистическое звучание ветра («мирового циклона», ветра с «запахом апельсиновых рощ» и т.д.). А стихия революционных масс – это восстановление закона нравственности в обществе, поэтому она может быть оправдана (и оправдывается поэтом). Когда стихия революция «чревата» музыкой, то все разрушения являются творческим актом, который ведет к дальнейшему одухотворению жизни. Эти умозаключения из статьи Блока позволяют понять, как именно воспринимал поэт саму революцию – для него она была балансом этих двух категории – музыки и стихии.

Анализ поэмы «Двенадцать» — тема, образы, жанр и символы

Образ времени-пространства

Город в поэме у Блока одновременно подается как весь «божий свет», то есть не имеет топографической конкретики. Его:

  • «Урбанистические признаки» — это здания (упоминание о них появляется в тексте лишь дважды)
  • Социальные признаки – это маркеры кабаков, погребов

В пространстве поэмы «господствует» и природная стихия – это сугробы, лед, ветер — задачей которой становится уничтожение контуров созданного человеком, т.е. города. Блок привносит в текст таким образом и космогоническое звучание, которое «дополняется» также и цветовой символикой. Черным и белым у поэта обозначены не конкретные объекты, а именно явления космологические:

  • Время – «черный вечер»
  • Осадки – «белый снег»
  • Мифообраз – «в белом венчике»

Функция светообразов здесь – обозначить свет и тень самого мироздания.

Для красного же света Блок оставляет «маркировку» энергии случившего взрыва.

Время в «Двенадцати» не имеет привычной линейности от прошлого к грядущему. Здесь они не отделяются друг от друга, а соединены в настоящем, которое пульсирует от их взаимодействия.

Время соединено в поэме также посредством красноармейцев.

Образы красноармейцев

По логике эти персонажи должны выражать собой грядущее, но у Блока они остаются «носителями старого мира»:

«В зубах — цигарка, примят картуз, / На спину б надо бубновый туз!»

В задачи персонажей входит «мировой пожар», уничтожение «незримого врага» и т.д. То есть они являются для Блока не  «новым человеком», а скорее – «ветхим». В попутчиках у красноармейцев обнаруживается «паршивый пес», которого считают:

  • Образом «старого мира»
  • Образом теневой стороны всего мироздания (пес – как символ дьявола)

Жанр «Двенадцати»

Блок определяет жанр «Двенадцати» как поэму. Но произведение не выдержано в нем как лиро-эпический текст. Скорее, здесь очевидно соединение разножанровых фрагментов, переходы меж которыми также не обусловлены конкретными задачами эстетики. Основной характеристикой по жанровому решению можно назвать разноречие, посредством которого и организован весь строй поэмы:

  • Лирическое отступление – речевая характеристика лирического героя
  • Повествование – речь рассказчика
  • Диалог, частушка, романс, солдатская песнь – речь персонажей

Для автора важно передать, к тому же, и равнозначность этих различных жанров, в поэме нет какой бы то ни было очевидной их иерархичности.

Подытожим, такая жанровая разнородность требовалась Блоку для передачи того самого стихийного состояния, неупорядоченности мироздания и предчувствия его революционного обновления.

Композиция поэмы

Но творческие возможности стихии, ее потенциал «уравновеситься» музыкой Блок представляет в «Двенадцати» в их композиционном решении. Цельность поэме, такой разнородной по жанрам, придает ритм марша. Его преобладание над иными текстовыми интонациями ощущается как общая доминанта. Маршевая ритмика подается не отдельным субъектом, а всеми участниками произведения – от рассказчика и красноармейцев до лирического героя. Можно сказать, что так Блок «озвучил» саму стихию, показав ее потенциал самоорганизации в творческом акте.

Сюжет поэмы

Сюжетное построение в данном произведение очень простое, хотя его «очертания», по мысли М.Волошина, «несколько затуманены». Этот критик и современник Блока считал, что фабульная конструкция всей поэмы не является ее сущностью. Главным в ней он определял «волны ее лирических настроений», проходящих по душам 12-ти ее основных персонажей.

Меж тем, исследователи произведения определяют сюжет поэмы как историю героя Петрухи.

Поэт в нем реализует свое понимание сущности человека, который на своем пути:

  • пребывает в стадии стихийного (вначале он просто «ветхий человек»)
  • может откликнуться на вызов мира (духовный конфликт)
  • внять ритмической гармонии мироздания (преобразиться)

Эти стадии и проходит красноармеец, совершая обход ночного города.

  1. Петруха может ощущать этот мир лишь телесно. Его отношение к Катьке неодухотворено ничем. Его восприятие мира эгоцентрично. Получив обиду, он озадачен местью. Это действия «ветхого человека»
  2. Свершается преступление, убита женщина, к которой Петруха испытывал чувства. Обидчик же жив. Разрушительный порыв становится преступлением против самого героя, т.е. саморазрушением
  3. Раскаянием, пришедшим вслед убийству, Петруха «перерождается» — этот процесс у Блока подан как однозначно созидающий. Более того, поэт даже выделяет этого персонажа из общей группы красноармейцев – Петруха «сбился» с ритма, потерял «лицо» как убийца, а затем, вняв общей «музыкальности», становится частью общего «мы».
  4. Злоба уходит со словами прощения-«молитвы»: «упокой…»

Образ Христа в поэме «Двенадцать»

По словам М.Волошина, по отношению именно к этому образу раскрывается основная тема-мысль поэта. Красноармейцы идут вдаль (революционное преображение) без святого имени. Они сразу готовы на все, им изначально никого не жаль. Но космогонические силы ночи и ветра заметают их сознание. Они ищут того самого незримого врага, который словно скрывается от них за домами, треплет красный флаг, мечется по сугробам…

На него направлены их винтовки, от него исходит их беспокойство, ему и грозит патруль из 12-ти красноармейцев:

«Эй, товарищ будет худо, берегись-
Стрелять начнем!»

Выстрелы следуют…
И упоминается имя Христа. Максимилиан Волошин считал, что Христос не возглавляет шествие этих 12-ти, напротив, они будто преследуют его и даже стреляют. Но – «он от пули невредим».

Меж тем, появление этого образа в поэме принято понимать именно как ведущего этих персонажей, число которых соотносится с числом Христовых апостолов, к будущему. Таким «кощунственным» использованием образа Творца Блоком были возмущены многие его современники, которые предполагали за этим действием поэта последствия его горячего увлечения идеями революции.  По их представлениям,  Христос здесь будто бы инороден.

Но Волошин в работе «Поэзия и революция» утверждал, что Иисус в «Двенадцати» присутствует уже со слов

«Эх, эх, без креста»,

поэтому его выведение в финале не может быть неожиданным. Бог здесь всегда, он с человеком во всех наваждениях этого мира так же, как:

«Прекрасная Дама сквозит в чертах блудниц и незнакомок»…

Однако этот образ не удовлетворял и самого поэта, что обнаруживается в его дневниках. Блок рассуждает там, что главное здесь – это, что Он опять с ними, а не в том, достойны ли красноармейцы Его. Поэт чувствовал, что на месте Христа в поэме должен был быть Другой, но этого Другого Блок не нашел в литературе…

Но, возможно, он столкнулся с Ним в дальнейшем…

Попробовать силы в тематическом кроссворде об этой поэме — здесь 

Вам понравилось? Не скрывайте от мира свою радость - поделитесь

Запись опубликована в рубрике Готовые сочинения. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.